Резиденция «лесного короля»

Недавно был на строительном рынке в районе Тулака. Обратил внимание на старинное здание. Хоть оно и облеплено рекламой, а местами облуплено, все равно чувствуется стиль. Не могли бы вы рассказать, что там было раньше и что сейчас?
 
Александр Николаевич, Дзержинский район.
 
В редакцию «Вечерки» периодически поступают подобные вопросы. Хотя город сильно пострадал во время Великой Отечественной войны, у нас сохранилось немало зданий, о которых есть что рассказать и с точки зрения архитектуры, и в историческом плане. Наши эксперты готовы дать полный расклад по любому царицынскому особняку, культовому сооружению или постройке советских времен. Принимаем заявки.
 
Что касается упомянутого здания на оптово-строительном рынке, то это заводоуправление бывшей лесопилки.
 
– Больше 100 лет назад это здание принадлежало знаменитому на всю Россию купцу Петру Романовичу Максимову, – рассказывает краевед Роман Шкода. – Сам Максимов был из Ростова, но его лесопильные заводы стояли по многим городам. Был такой завод и в Царицыне. Согласно «Указателю фабрик и заводов Европейской России и Царства Польского» за 1887 год, завод Петра Романовича появился в нашем городе в 1881 году, в деревне Ольшанка (или Ельшанка – так и сегодня называют эту местность старожилы, такое имя носит и конечная станция метротрама). На 1887 год это был крупнейший лесопильный завод в городе.
 
По словам эксперта, Максимов был талантливым и весьма успешным бизнесменом. Он активно вкладывал в развитие и всегда искал новые пути. Одним из первых на Волге и на Дону он заменил широко распространенный сплав леса плотами на перевозки в сухом виде на баржах, буксируемых пароходами. Для этого ему пришлось закупить целую флотилию судов. Одна из первых заводских электростанций также появилась в нашем горле благодаря Максимову. Собственно, она и дала название современной улице Электролесовской.
 
 
 
– Большинство купцов того времени ориентировалось на развитие в пределах своего региона. Максимов же расширял производство географически, приобретая земельные участки в Костромской, Пермской, Нижегородской, Вятской губерниях, организуя там заготовку и разработку леса, – продолжает Шкода. – Максимова звали «лесной король», «царь лесных бирж». Его лесопильные заводы в Ростове-на-Дону и Царицыне были паровыми, механическими. Считается, что своими достижениями в лесопромышленной отрасли он значительно способствовал и общему экономическому росту России.
 
 
 
Известно, что Петр Максимов содержал своего архитектора, имел постоянные артели строителей, возводил производственные и жилые здания на лесных дачах в российских губерниях, при каменноугольных шахтах Донецкого бассейна, грозненских промыслах, активно застраивал Ростов. "Наши" здания, вероятно, сооружались таким же образом, полагает краевед.
 
 
 
По мнению экспертов, сохранившийся особняк – это бывшее заводоуправление. В настоящее время памятник архитектуры находится в частных руках.
 
 
 
– В таких строениях, как правило, присутствуют подвалы, и они часто затопляемы. Помещения требуют правильного обращения, проветривания, иначе поражаются грибковыми заболеваниями, – говорит искусствовед Ольга Малкова. – Очевидно, что здание находится в бедственном состоянии и, конечно, нуждается в реконструкции. Но это очень дорого и без поддержки собственнику наверняка не обойтись.
 
 
 
 
 
 
 
1. «Проектировщик явно планировал что-то необычное: углы здания облицованы камнями с грубо отесанной поверхностью, то есть рустом, пилястры – вертикальные выступы стены – также рустованные, – говорит архитектор Петр Олейников. – Но в целом здание эклектично».
 
 
 
2. «Будка» на крыше перестроена в наше время. Нельзя точно сказать, для чего она служила изначально. Либо это мезонин, своеобразная доминанта дома и часть декора, либо оттуда велось наблюдение за окрестностями. Балкончик у «будки», скорее всего, – конкретное пожелание заказчика.
 
 
 
3. Вход-портал как приглашение к зданию. «Опоры, скорее всего, перестроены значительно позже, они слишком скучны по отношению к остальным элементам», – полагает искусствовед Ольга Малкова.
 
 
 
4. Навес над входом. Если предположить, что на втором этаже было административное помещение, то директор мог выйти на козырек и поприветствовать кого-то или сделать объявление для тружеников.
 
 
 
5. «Большая высота окон – это эхо стиля рококо XVIII века, – комментирует Ольга Малкова. – Окна в таком стиле можно наблюдать во дворцах в Петербурге. У них мелкая расстекловка, но гигантский размер самих окон».
 
 
 
6. "Небольшие карнизы над окном, дверью или нишей называют сандрики, – говорит Ольга Малкова. – Этот элемент пришел из барокко. Это красота ради красоты, здесь отсутствует практическая функция. Они треугольные, равновесные, строгие".
 
 
 
7. Балясины (фигурные столбики в виде колонн, поддерживающие перила ограждений) тяготеют к образцам русского стиля, имитируют резьбу по дереву. «Обычно балясины состоят из более изящных элементов. Здесь они очень простые», – отмечает Петр Олейников.
 
 
 
8. Небольшое окошко. «Я думаю, это служебный этаж. Там мог располагаться кабинет хозяина», – полагает Ольга Малкова.